18 мая 2011 | Город и мы | Просмотров: 7,572

Живое пространство

Сегодня весь цивилизованный мир отмечает Международный день музеев. Мы не могли пройти мимо даты: на территории города и района музеев немало. Но жемчужина, несомненно, — музей-заповедник «Абрамцево». О своем пути в музей и о роли музея в современном мире рассказывает ведущий сотрудник Абрамцева Светлана ВОЛКОВА:

— Существует сколько угодно академических формулировок, что такое музей. Я бы говорила о музейном поле, о пространстве, живом и наполненном. Поняла это интуитивно. Так, на последней выставке нашего музея «Жизнь в искусстве», посвященной творчеству Елены Дмитриевны Поленовой (конец XIX века), «сошлись поля» самого художника и сотрудников, в частности, молодого экспозиционера Татьяны Глыбиной. Татьяна сказала: такие замечательные акварели, такие тонкие. Давайте не будем подавать их стандартно! Подадим их как картины, потому что они картинами и являются. И поместила акварели в рамы с тканым паспарту. Это, конечно, в духе Елены Дмитриевны, она ни к одной вещи не относилась формально, холодно. Получается, что музейное поле сопрягает прошлое с настоящим по какому-то внутреннему душевному коду.

Не случайно же люди обращаются к музейным собраниям. Во-первых, это подлинники. В оригиналах есть витальная сила, помогающая уловить суть, сущность вещи. За этой витальной силой, за какими-то раздумьями люди в музей и приходят. Сейчас время репродукций, самых разных. Чтобы пойти в музей, надо собраться с духом, время потратить. А можно сесть за компьютер, нажать кнопку — и любое тебе изображение. Но это подмена, понимаете? Можно отказаться от музея, перевести все на другие носители, но зачем? Надо прийти и что-то ощутить самому. Как в библиотеках хранятся книги, в которых заложена мудрость человечества, так и музей на уровне предметов хранит свою мудрость. Вещный (предметный) мир — он многое может рассказать, порой даже больше самого человека.

— А как вы сами пришли в музей?
— В музей я попала случайно. Более того, институт музея не любила и не понимала. Помню свое впечатление от набоковского рассказа «Музей»: человек оказывается в этом особом пространстве, и оно его подавляет. Зачем тебе чужое (за каждой вещью — своя история), когда ты сам переполнен? Набоков с присущим ему острым психологизмом передал то самое непростое музейное поле, которое либо покоряет, либо… Но случай велик в жизни человека. В Александрове мне предложили работу в Художественном музее, и я, не раздумывая, согласилась. Задним умом понимаю, что ничего не зная о музее, не любя музей, прийти в музей — это отчаянный шаг. Но мне помог Александр Макарович Колосков, замечательный русский художник, человек большой души. Я пришла на его выставку, ее только что сделали, и ходит Макарыч в кирзачах, с колючими волчьими глазами. А рядом — его работы, такие необычные, корявые и в то же время красивые. В них — правда. Я почувствовала, что все это имеет смысл. Мы служим все-таки тому, что имеет смысл, хотя масса людей служит тому, что смысла не имеет. Колосков стал неким проводником, а музей — полем, на котором с ним можно было общаться.

В Александровском художественном музее я проработала девять лет. Очень благодарна этому месту, музею, художникам, коллегам. Коллекция, конечно, кардинально отличается от того, что есть в Абрамцеве. Существует негласное правило: в фондовые собрания поступают вещи, которым хотя бы полвека. Мы, сотрудники Абрамцева, имеем дело с вещами, проверенными временем. У нас великолепные коллекции, это отмечается нашими коллегами, российскими и зарубежными. А в сравнительно молодом Художественном музее — живая площадка, живые импульсы, поиски, живые люди. Они — твои современники, они пишут еще.

— В Абрамцево вы уже десять лет. В чем его уникальность?
— Избитая фраза, но Абрамцево — творческая лаборатория. Здесь рождались этюды будущих картин художников Мамонтовского кружка, украшающих сейчас залы Третьяковки и Русского музея. Русский модерн отсюда «пошагал». Можно говорить и о рождении здесь «русского сезаннизма». В мастерских Посёлка художников создавались эскизы советских монументов, иллюстрации, ставшие классикой. Позже, уже в конце 50-х годов прошлого века, «ставились» пластические опыты стиля, получившего название «сурового». Абрамцево продолжает творчески жить и в XXI веке. Музей в своей выставочной работе, несмотря на дефицит экспозиционных площадей, старается отразить поиски современных художников. Потому что в контексте нашего времени они делают то же самое, что и их предшественники, только выражают это другим языком, абсолютно новаторски.

Наверно, не нужно расшифровывать тайну Абрамцева, потому что тайна — она тайна и есть. Мне кажется, сущность Абрамцева — умиротворение. Каждый человек здесь может, если захочет, успокоиться и обратить внимание на самого себя. В суете, беготне, прыжках и ужимках мы забываем о своей сущности. Абрамцево — очень хорошее место, где можно о ней вспомнить. Собственно, это и произошло со многими и многими людьми… А уж кто увидел его воздух особого серого цвета, фиолетовое марево деревьев — тот останется покоренным этим местом на веки вечные! Ну, это так. В плане лирики.

Уникальность абрамцевского собрания в том, что художники разных времен, понимая себя, решали «свехзадачи». Абрамцевское собрание отражает не идеи, не темы. Это искусство живописной пластики. Этим и интересно.

В отношении сегодняшнего музейного Абрамцева: строится новое фондохранилище. Очень хочется верить, что на уровне экспозиционных площадей и фондов музей выйдет на новый качественный уровень.

— Посетитель видит экспозиции, экспонаты, но мало задумывается о музейной деятельности, а она есть. Чем занимается сотрудник музея?
— Главное, конечно, это хранительская деятельность. То, что хранилось до нас, мы тоже должны сохранить и передать дальше. Научно-исследовательская деятельность: мы должны понимать, с каким материалом работаем. Выставочная деятельность: не быть «скупым рыцарем», который чахнет над златом, а делиться и показывать, пока есть возможность. И рассказывать об этом. То есть это еще и просветительская деятельность. Издательская деятельность. Кроме того, мы работаем с программой КАМИС, она касается обработки фондов и создания электронных копий. Музейный сотрудник с утра до вечера загружен, потому что это бесконечная, зачастую невидимая глазу посетителя работа. Слава Богу, мы встречаем понимание в лице наших руководителей, поддерживающих наши проекты, помогающих нам.

— И чем из вышеперечисленного занимаетесь вы?
— Занимаюсь всем: храню, участвую в подготовке выставок, провожу экскурсии, пишу тексты, обрабатываю фонды при помощи КАМИС. Стараюсь служить Абрамцеву, по примеру старейших сотрудников — Вильямса Алексеевича Невского и Алексея Ивановича Куншенко.

Галина АХСАХАЛЯН,
фото Элианы ГУНИНОЙ и Марии БАХИРЕВОЙ.

Досье:

Светлана Волкова
Родилась 22 января 1969 года
Образование: филологическое и искусствоведческое.
Работа: ведущий сотрудник музея-заповедника «Абрамцево».
Пристрастия: книги и люди.
Досуг: люблю дом, то пространство, которое я делю с близким человеком, где мне хорошо.

2 комментария к записи Живое пространство

варава

18 июля 2014 в 2:57

отзовись

Галина

19 июля 2014 в 1:36

я передам Светлане - она редко в интернете бывает :-) Какая всё-таки молодец наш фотограф, что настояла на своём и сделала это фото так, как она его видела. Мне очень нравится!

Оставить комментарий

Добрый день!

Вы зашли на сайт начинающих и вполне себе начавших журналистов. Читайте, пишите комментарии и письма, участвуйте в опросах. При желании можно стать автором или фотографом сайта. Всё зависит от вас!

Фестиваль детской книги

Get the Flash Player to see the slideshow.

Опросы

Где вы будете встречать Новый год?

Посмотреть результаты

Загрузка ... Загрузка ...

Архив

Метки

Посетители

Вход

Партнёры