18 мая 2011 | Город и мы | Просмотров: 7,383

Живое пространство

Сегодня весь цивилизованный мир отмечает Международный день музеев. Мы не могли пройти мимо даты: на территории города и района музеев немало. Но жемчужина, несомненно, — музей-заповедник «Абрамцево». О своем пути в музей и о роли музея в современном мире рассказывает ведущий сотрудник Абрамцева Светлана ВОЛКОВА:

— Существует сколько угодно академических формулировок, что такое музей. Я бы говорила о музейном поле, о пространстве, живом и наполненном. Поняла это интуитивно. Так, на последней выставке нашего музея «Жизнь в искусстве», посвященной творчеству Елены Дмитриевны Поленовой (конец XIX века), «сошлись поля» самого художника и сотрудников, в частности, молодого экспозиционера Татьяны Глыбиной. Татьяна сказала: такие замечательные акварели, такие тонкие. Давайте не будем подавать их стандартно! Подадим их как картины, потому что они картинами и являются. И поместила акварели в рамы с тканым паспарту. Это, конечно, в духе Елены Дмитриевны, она ни к одной вещи не относилась формально, холодно. Получается, что музейное поле сопрягает прошлое с настоящим по какому-то внутреннему душевному коду.

Не случайно же люди обращаются к музейным собраниям. Во-первых, это подлинники. В оригиналах есть витальная сила, помогающая уловить суть, сущность вещи. За этой витальной силой, за какими-то раздумьями люди в музей и приходят. Сейчас время репродукций, самых разных. Чтобы пойти в музей, надо собраться с духом, время потратить. А можно сесть за компьютер, нажать кнопку — и любое тебе изображение. Но это подмена, понимаете? Можно отказаться от музея, перевести все на другие носители, но зачем? Надо прийти и что-то ощутить самому. Как в библиотеках хранятся книги, в которых заложена мудрость человечества, так и музей на уровне предметов хранит свою мудрость. Вещный (предметный) мир — он многое может рассказать, порой даже больше самого человека.

— А как вы сами пришли в музей?
— В музей я попала случайно. Более того, институт музея не любила и не понимала. Помню свое впечатление от набоковского рассказа «Музей»: человек оказывается в этом особом пространстве, и оно его подавляет. Зачем тебе чужое (за каждой вещью — своя история), когда ты сам переполнен? Набоков с присущим ему острым психологизмом передал то самое непростое музейное поле, которое либо покоряет, либо… Но случай велик в жизни человека. В Александрове мне предложили работу в Художественном музее, и я, не раздумывая, согласилась. Задним умом понимаю, что ничего не зная о музее, не любя музей, прийти в музей — это отчаянный шаг. Но мне помог Александр Макарович Колосков, замечательный русский художник, человек большой души. Я пришла на его выставку, ее только что сделали, и ходит Макарыч в кирзачах, с колючими волчьими глазами. А рядом — его работы, такие необычные, корявые и в то же время красивые. В них — правда. Я почувствовала, что все это имеет смысл. Мы служим все-таки тому, что имеет смысл, хотя масса людей служит тому, что смысла не имеет. Колосков стал неким проводником, а музей — полем, на котором с ним можно было общаться.

В Александровском художественном музее я проработала девять лет. Очень благодарна этому месту, музею, художникам, коллегам. Коллекция, конечно, кардинально отличается от того, что есть в Абрамцеве. Существует негласное правило: в фондовые собрания поступают вещи, которым хотя бы полвека. Мы, сотрудники Абрамцева, имеем дело с вещами, проверенными временем. У нас великолепные коллекции, это отмечается нашими коллегами, российскими и зарубежными. А в сравнительно молодом Художественном музее — живая площадка, живые импульсы, поиски, живые люди. Они — твои современники, они пишут еще.

— В Абрамцево вы уже десять лет. В чем его уникальность?
— Избитая фраза, но Абрамцево — творческая лаборатория. Здесь рождались этюды будущих картин художников Мамонтовского кружка, украшающих сейчас залы Третьяковки и Русского музея. Русский модерн отсюда «пошагал». Можно говорить и о рождении здесь «русского сезаннизма». В мастерских Посёлка художников создавались эскизы советских монументов, иллюстрации, ставшие классикой. Позже, уже в конце 50-х годов прошлого века, «ставились» пластические опыты стиля, получившего название «сурового». Абрамцево продолжает творчески жить и в XXI веке. Музей в своей выставочной работе, несмотря на дефицит экспозиционных площадей, старается отразить поиски современных художников. Потому что в контексте нашего времени они делают то же самое, что и их предшественники, только выражают это другим языком, абсолютно новаторски.

Наверно, не нужно расшифровывать тайну Абрамцева, потому что тайна — она тайна и есть. Мне кажется, сущность Абрамцева — умиротворение. Каждый человек здесь может, если захочет, успокоиться и обратить внимание на самого себя. В суете, беготне, прыжках и ужимках мы забываем о своей сущности. Абрамцево — очень хорошее место, где можно о ней вспомнить. Собственно, это и произошло со многими и многими людьми… А уж кто увидел его воздух особого серого цвета, фиолетовое марево деревьев — тот останется покоренным этим местом на веки вечные! Ну, это так. В плане лирики.

Уникальность абрамцевского собрания в том, что художники разных времен, понимая себя, решали «свехзадачи». Абрамцевское собрание отражает не идеи, не темы. Это искусство живописной пластики. Этим и интересно.

В отношении сегодняшнего музейного Абрамцева: строится новое фондохранилище. Очень хочется верить, что на уровне экспозиционных площадей и фондов музей выйдет на новый качественный уровень.

— Посетитель видит экспозиции, экспонаты, но мало задумывается о музейной деятельности, а она есть. Чем занимается сотрудник музея?
— Главное, конечно, это хранительская деятельность. То, что хранилось до нас, мы тоже должны сохранить и передать дальше. Научно-исследовательская деятельность: мы должны понимать, с каким материалом работаем. Выставочная деятельность: не быть «скупым рыцарем», который чахнет над златом, а делиться и показывать, пока есть возможность. И рассказывать об этом. То есть это еще и просветительская деятельность. Издательская деятельность. Кроме того, мы работаем с программой КАМИС, она касается обработки фондов и создания электронных копий. Музейный сотрудник с утра до вечера загружен, потому что это бесконечная, зачастую невидимая глазу посетителя работа. Слава Богу, мы встречаем понимание в лице наших руководителей, поддерживающих наши проекты, помогающих нам.

— И чем из вышеперечисленного занимаетесь вы?
— Занимаюсь всем: храню, участвую в подготовке выставок, провожу экскурсии, пишу тексты, обрабатываю фонды при помощи КАМИС. Стараюсь служить Абрамцеву, по примеру старейших сотрудников — Вильямса Алексеевича Невского и Алексея Ивановича Куншенко.

Галина АХСАХАЛЯН,
фото Элианы ГУНИНОЙ и Марии БАХИРЕВОЙ.

Досье:

Светлана Волкова
Родилась 22 января 1969 года
Образование: филологическое и искусствоведческое.
Работа: ведущий сотрудник музея-заповедника «Абрамцево».
Пристрастия: книги и люди.
Досуг: люблю дом, то пространство, которое я делю с близким человеком, где мне хорошо.

2 комментария к записи Живое пространство

варава

18 июля 2014 в 2:57

отзовись

Галина

19 июля 2014 в 1:36

я передам Светлане - она редко в интернете бывает :-) Какая всё-таки молодец наш фотограф, что настояла на своём и сделала это фото так, как она его видела. Мне очень нравится!

Оставить комментарий

Добрый день!

Вы зашли на сайт начинающих и вполне себе начавших журналистов. Читайте, пишите комментарии и письма, участвуйте в опросах. При желании можно стать автором или фотографом сайта. Всё зависит от вас!

Фестиваль детской книги

Get the Flash Player to see the slideshow.

Опросы

Какие у тебя планы на лето?

Посмотреть результаты

Загрузка ... Загрузка ...

Архив

Метки

Посетители

Вход

Партнёры